Тайна старого дома

450

Тайна старого дома - детективный роман Рэмзи Мьюра

Артикул: Категория: Метки:

Тайна старого дома — детективный роман Рэмзи Мьюра.

Оглавление

Новый владелец Брэкенбриджа
Свет в библиотеке
Маргет
Я узнаю неприятные подробности
Я принимаю важное решение
Ночью
Мы делаем странное открытие
Ночные поиски
Тайна письменного стола
Что сказала Маргет у забора
Приключение у зеленого пруда
Кожаный футляр
Передвижения Дункана Шоу
Я беру дело в свои руки
Странный прием
Телеграмма
Разговор по телефону
Ночь
Мой новый друг Смит
Красавица
Что я нахожу на борту судна
Рулевой
Я снова вижу красавицу
Снова на Черной Горе
Тайник лэрда
Последняя ставка

Читать первую главу

Новый владелец Брэкенбриджа
– Пройдите сюда, – сказал мне мальчишка посыльный. Я последовал за ним в кабинет мистера Монкса, нотариуса.
– С добрым утром, Драйсдел, – приветствовал меня мистер Монкс.
– Писать мне? – с улыбкой воскликнул я. – Плохо дело. Прошу прощения.
Обычно письма мистера Монкса, обращенные ко мне, носили неприятный оттенок, ибо мой нотариус был чрезвычайно строг в денежных делах. Будучи моим опекуном, мистер Монкс должен был следить за мною вообще и вручать мне каждую четверть года известную сумму денег; в общем, мой доход составлял фунтов триста за круглый год.
– Во всяком случае, сэр, – продолжал я, – я как раз насчет денег явился к вам. Вечно деньги. Простите мне, я сознаю, что составляю для вас большую заботу своим вечным клянченьем денег в счет предстоящих получек.
– Да, забота не малая, – ответил, усмехаясь, мистер Монкс. – Но, должно быть, такая судьба опекунов подобных вам молодых людей, что их вечно преследуют просьбами о деньгах; и вследствие этих преследований им приходится волноваться до смерти. Сколько вам на этот раз нужно?
– Двадцать фунтов, – взмолился я. – А если мое требование, по-вашему, чрезмерно, то отпустите хоть десятку. Черт побери, сэр, десять фунтов не составят никакой разницы. Ведь через шесть недель моя следующая получка. Можете вы мне дать десятку?
– Гм, – пробурчал мистер Монкс.
– У меня не было перебора в банке с…
– Января, – докончил за меня мистер Монкс.
– Какие-то пустяки. Несколько фунтов.
Мистер Монкс снова улыбнулся и стал задумчиво глядеть на тенистый двор Темпля.
– Не говоря уже о том, что я никогда не брал лишку больше двадцати фунтов! Это, по-моему, не так плохо.
– Да, и я должен был выплачивать их, – многозначительно кивнул мистер Монкс.
– Из моих же денег за следующую четверть, – настаивал я упрямо. – Я ведь не жалуюсь, сэр. Я считаю, что вы поступали со мной исключительно хорошо. Но автомобильное дело сейчас стоит. Я в две недели продал каких-нибудь три автомобиля, всего-навсего, – тут я запнулся. – Джордж Кольер получил отпуск на месяц из министерства внутренних дел и отправляется в Шотландию удить рыбу.
– Ах, вот оно что! – с понимающим видом воскликнул мистер Монкс. – А десять или двадцать фунтов дадут вам возможность поехать удить вместе с ним!
– Да, гм, да, мне это приходило в голову, – сознался я.
– Но что же это? Неужели же ваша фирма автомобилей на Пикадилли имеет столько ловких молодых людей на своей службе, что решается отпустить вас на целый месяц?
– О, мое отсутствие пройдет незаметно, – пробормотал я. – Я, собственно, сам не знаю, почему я занялся этим делом. Я кое-что смыслю в автомобилях – ну, это меня и втянуло.
– Да, я в свое время так и решил. Но почему вы не остались в армии?
– Они меня не пожелали, – недовольно ответил я.
– Как, отказали майору? Очень молодому, правда, но с отличием?
– Потому что я не окончил Сандгэрстского училища и прочее. Я думаю, что самое лучшее для меня будет отправиться в колонии. Каково ваше мнение о конной полиции, например?
– Для вас это будет потерей времени и талантов. Впрочем, продажа автомобилей, пожалуй, не лучше. Но что же еще остается? Вы отличный стрелок, умеете управлять яхтой, править автомобилем и, как мне помнится, бесподобно играете в регби. На этом, однако, кончается список ваших дарований.
– Да, это правда, – грустно согласился я. – Я бы хотел стать путешественником, но на триста фунтов в год не очень-то раскачаешься.
– Мне казалось, что весь свет уже открыт и объезжен, для вас ничего не осталось делать, – возразил мистер Монкс. – Нет, уж лучше отправляйтесь-ка в Шотландию удить рыбу.
– Что? Как, сэр? Значит, вы мне дадите вперед эти десять фунтов?! Браво!
Мистер Монкс перегнулся через стол.
– Если пожелаете, можете получить хоть сто фунтов, – с этими словами мистер Монкс преспокойно уставился на меня.
– Ч-что? – я вскочил с места: неужели старик внезапно помешался? – Но… но ведь это больше моего дохода за четверть года, сэр!
– Садитесь, садитесь, – ответил невозмутимо мистер Монкс. – Я только что сообщил о своем намерении писать вам. На этот раз мое письмо было бы приятным. Даже очень приятным. Я должен вас поздравить.
– С чем? – взволнованно спросил я. – Что произошло?
– А вот что? Я расскажу все в двух словах. Драйсдел, я был так же поражен, как и вы. Пожалуйста, не вообразите, что вы вдруг превратились в миллионера. Не думайте подобных глупостей. Но я лучше всего сразу же ознакомлю вас с фактами. Вы вошли во владение домом и небольшим участком земли в Шотландии. Вы теперь стали помещиком или – как это называется в Шотландии – лэрдом Брэкенбриджским.
Я затаил дыхание от удивления.
– Господи! Вы хотели сказать, что какой-то сумасшедший мне оставил наследство?
В то время как мистер Монкс открыл рот для ответа, я внезапно вспомнил что-то связанное с этим названием – Брэкенбридж. И я снова взволнованно прервал его.
– Брэкенбридж! Ведь вы, кажется, сказали, Брэкенбридж, это в Берикшире? Ведь там жил дядя моего отца или кто-то из его родственников. Так этот старый хрыч мне оставил наследство?
– Ничуть. Наследство он оставил другим. Но слово закона остается в силе. Согласно завещанию покойного лэрда, имение не могло перейти ни к кому, пока в роде оставался мужской наследник. Вот письмо от господ Блэр и Баллэнтейн, нотариусов, в котором они удостоверяют, что вы единственный наследник. Денег нет там никаких, если не считать семисот фунтов в год платы за землю, которая отдана в аренду.
– Но вы, кажется, сказали, что все это предназначалось в наследство кому-то другому?
– Да, бывший лэрд, умерший всего несколько дней тому назад, оставил все свое состояние своему лучшему другу, деревенскому священнику Дэнкану Шоу. Но он написал завещание еще до того, как стало известно о вашем существовании. Вы все нарушили. А тамошний нотариус мистер Блэр узнал о вас только третьего дня. Он большая умница, этот Блэр.
– А что же обо всем этом думает священник? – спросил я. – Я ведь объявился на его несчастье.
– Ну, ну, думать тут нечего, коли таков закон. Все принадлежит вам, друг мой. Поздравляю вас, – с этими словами мистер Монкс, улыбаясь, наклонил голову. – Семьсот фунтов в год. И мистер Блэр пишет, что ему предложили за двести фунтов в год арендовать дом. Он говорит, что предложение это заслуживает внимания. Драйсдел, вы – счастливец. Надеюсь, что этот неожиданный доход в тысячу фунтов в год не заставит вас лентяйничать. Вы и так достаточно ленивы. Я думаю, что вам лучше заняться чем-нибудь в колониях.
– Послушайте, – запротестовал я, – ведь пять минут назад вы говорили, что это будет для меня потерей талантов и времени.
– Мой милый друг! – расхохотался мистер Монкс. – Да разве вы еще не знаете, что первым долгом доверенного и опекуна является попытка заставить своего клиента делать как раз обратное тому, что ему хочется. Черт побери, сэр, да ведь это почти сущность нашего бытия. Итак, – продолжал он, – как опекун, я вам советую принять это предложение и сдать брэкенбриджский дом. А в качестве друга, – он задумчиво потер подбородок, – я вам советую самому съездить туда и осмотреть ваши владения. Может быть, все имение в развале – мало ли там может быть поправок да починок! Занятие это вам, во всяком случае, принесет больше пользы, чем это околачивание в Лондоне, где вы попусту проживаете свой годовой доход.
– Клянусь, вы правы, сэр! – воскликнул я. – У меня с самого начала явилось желание ознакомиться с этими местами лично.
– Ну, ладно. Вот вам адрес мистера Блэра в Эдинбурге. Если вы поедете в Шотландию, то первым долгом заезжайте к нему. Я напишу ему и предупрежу о вашем посещении. А теперь идите, меня ждет другой клиент. Прощайте, Драйсдел, я желаю вам счастья.
И, похлопав меня дружески по спине, он выпроводил меня. В то время, как я выходил, он нагнулся и таинственно шепнул мне:
– А сегодня вечером я переправлю в ваш банк сотенку фунтов.
Первым движением моим при выходе на улицу было вскочить в первую попавшуюся на пути телефонную будку, откуда я позвонил к моему товарищу Джорджу, в министерство внутренних дел. Я почти дрожал от избытка чувств. Жизнь после войны казалась мне однообразной, скучной, но теперь внезапно все окрасилось в более радужный цвет. Конечно, продажа автомобилей на Пикадилли может нравиться некоторым молодым людям, но шотландские земли привлекали меня несравненно больше.
С нетерпением я стал дергать крючок телефона, но в эту минуту раздался веселый голос Джорджа.
– Джордж! – воскликнул я. – Милый, хороший дружище! Я немедленно же лечу на твою квартиру. Как долго ты еще будешь торчать в твоей затхлой конторе?
– А что, в чем дело? – пробурчал мне в ответ Джордж.
– У меня большая новость, – заорал я в трубку.
– Хорошо, – ответил Джордж, – в таком случае я приеду немедленно домой. После завтрака они могут и без меня позаботиться о спокойствии нашего государства. Пока до свидания. Сейчас встретимся.
Когда я поднялся к Джорджу, он уже поджидал меня.
– Ронни, друг мой, выпей-ка вот это. Тебе принесет пользу сей напиток. А то с виду ты точно помешанный дикарь. Что случилось? Неужели же ты и вправду продал кому-нибудь автомобиль или что еще там?
– Джордж! – воскликнул я. – Я поеду-таки с тобой в Шотландию! Будем вместе удить рыбу.
– Что? В чем дело? Что произошло? Ты выиграл на скачках, или твой опекун помешался и, страдая размягчением мозга, дал тебе на руки все твое наследство?
С этими словами он похлопал меня по карману, как бы прислушиваясь к шелесту банковских билетов.
– Нет, ни то, ни другое, Джордж, дружище, старина! Ты перед собою видишь шотландского помещика – лэрда, как их там называют, Брэкенбриджа. Я попал в категорию толстопузых помещиков. Мне принадлежит имение в Ламмермурсе, по ту сторону Эдинбурга.
– Господи, помилуй! – воскликнул Джордж. – Ты, и вдруг веселый, пресыщенный землевладелец. Кто же виновен в этом? Я еще не уверен, могу ли я после этого продолжать с тобой знакомство. У шотландских лэрдов ужасно плохая репутация. Они страшные пьяницы и весьма опасны для молодых девушек. Черт побери, тебе недостает бороды и старомодного экипажа. Но что же ты предполагаешь делать теперь?
– Во-первых, – ответил я, – мы вспрыснем это событие. Пойдем и хорошо пообедаем. Закатим такой обед, что после него своих не узнаешь. А завтра мы отправимся…
– Нет, лучше послезавтра, – возразил Джордж. – Мы тогда поедем в моем автомобиле; к этому дню мне его починят и приведут в порядок. Помимо этого, ведь я должен прежде подумать об интересах Великобритании. А потом, милейший, ты должен дать мне достаточно времени, чтобы купить шотландскую юбочку. В качестве интимного друга лэрда я не посмею предстать перед твоими подчиненными во фланелевой паре – ведь они меня там за это пристрелят в Бальне… как бишь, зовется это место?
– Брэкенбридж, балда ты эдакий! Брэкенбридж-Холл.
– Холл! Свет мой, значит, там и родовой дом существует? Звучит, точно ты повелитель вселенной. Ну, ничего, мы научим старейшего жителя тех мест прикладывать руку к своему берету при встрече с тобой. Эй, да куда ты?!
– На Пикадилли. Надо отказаться от места в автомобильном учреждении.
– Подожди, – в шутку запротестовал Джордж. – Тебе, может быть, удастся продать несколько автомобилей в своей деревне.
– Я еще куплю ружей и удочек, – прибавил я.
– Эх, – вздохнул Джордж, – да ты становишься настоящим помещиком. Так купи еще заодно двух охотничьих лошадей, когда будешь проходить мимо Татерсаля – мы их возьмем в Шотландию на заднем сидении автомобиля. Ну, прощай.
– Встретимся в восемь, – сказал я. – В ресторане Карлтон.
– Я уже чувствую себя снобом, – рассмеялся Джордж, проделывая рукой какой-то непонятный салют. – Молодец, лэрд шотландский, молодчина!